Дугаренко И.А., Яковенко И.М.
Культура народов Причерноморья. 2011. №217. С.96-100.

Историко-географические факторы развития процесса рекреационного освоения территории горно-лесной зоны Крыма (конец XIX-начало XX вв.)

Формирование современной пространственной структуры рекреационного процесса в Крыму в значительной мере обусловлено историческими предпосылками зарождения и эволюции рекреационных функций территории. Их изучение представляет несомненную актуальность для обоснования рациональных форм территориальной организации традиционных и инновационных видов рекреации и туризма в регионе.

В научно-методической литературе хорошо освещено становление рекреации и туризма в Крыму в контексте развития геополитических, экономических и социальных процессов в дореволюционной России. Так, в работе А. Мальгина «Русская Ривьера» [7] изучена хронология формирования сети приморских курортов и освоения горно-лесной зоны Крыма, дана оценка масштабов и последствий формирующейся рекреационной специализации полуострова. В работах, посвященных советскому этапу развития туризма в горно-лесной зоне Крыма [1;6], сделан акцент на оценке количественных параметров плановой туристско-экскурсионной сети Крымского совета по туризму и экскурсиям. Вместе с тем, недостаточно внимания уделено выявлению географических (в т.ч. мезорегиональных) закономерностей рекреационного освоения территории в их обусловленности структурой ресурсного потенциала и социально-экономических особенностей развития региона.

Целью данной статьи явился историко-географический анализ пионерного этапа рекреационного освоения горно-лесной зоны Крыма в конце XIX-начале XX века.

Первая организованная коллективная туристско-экскурсионная поездка в Крым датируется 1876 г. 25 студентов Новороссийского университета под руководством профессора геологии Н.А. Головкинского совершили путешествие на пароходе из Одессы в Крым и обратно с осмотром Ялты, Никитского сада, морского побережья и Горного Крыма. Таким образом, было положено начало краеведческому учебному направлению в отечественном туризме, систематическое развитие которого связывается с деятельностью Крымского Горного Клуба.

Возникнув как аналог европейских альпийских клубов в январе 1890 г. в г. Одессе, Крымский Горный Клуб (КГК) ставил целью достижение гармоничного физического и интеллектуального развития участников горных путешествий. Согласно уставу, утверждённому 25 января 1890 г. Министерством внутренних дел Российской империи, целями деятельности КГК являлось [5]:

1) Научное исследование Крымских гор и распространение знаний о них;
2) Поощрение посещения Горного Крыма естествоиспытателями и художниками;
3) Поддержка местных отраслей сельского хозяйства, садоводства и горной промышленности;
4) Охрана редких горных видов растений и животных.

В 1894 г. появилась новая редакция устава, согласно которой сфера научных интересов КГК распространялась уже на весь Крымский полуостров, а не только на его горную часть. А с 1905 г. масштабы уставной деятельности Клуба были ещё более расширены, теперь они включали в себя «всестороннее исследование Таврических и Кавказских гор и прилегающих к ним предгорий, степей и морей» [15]. В связи с этим организация была переименована в Крымско-Кавказский горный клуб (далее ККГК).

За 25 лет, с 1891 по 1914 г., Правление КГК-ККГК организовало 156 дальних экскурсий (20 – научных, 43 – образовательных и 93 – туристических), в которых приняло участие около 2927 человек. Наибольшие показатели экскурсионной активности наблюдались в 1914 г. (19 дальних экскурсий), 1909 г. (18 дальних экскурсий) и 1910 г. (14 дальних экскурсий) [10-12]. При этом под «дальними экскурсиями» понимались многодневные путешествия с использованием транспортных средств, а «ближними экскурсиями» – однодневные экскурсии, поездки и пешие походы. За этот же период Правлением КГК-ККГК было оказано различного рода содействие в посещении Крыма 382 организациям и 843 частным лицам [10].

В соответствии с опубликованной в 1891 г. Инструкцией для отделений Крымского горного клуба [8], отделениям предоставлялись широкие полномочия по организации групповых путешествий, оборудованию и содержанию горных убежищ, туристических троп, комплектованию штата «проводников и горной стражи»; а также по ходатайству о снижении проездных тарифов на железнодорожном и морском транспорте.

В архивных данных и опубликованных материалах содержится мало сведений для характеристики половозрастной, социальной и имущественной структуры участников крымских экскурсий. Так, в 1914 г. из 7880 экскурсантов 3514 (44,6%) составили мужчины и 4366 (55,4%) – женщины [14]; одним из факторов сокращения удельного веса экскурсантов-мужчин следует признать мобилизацию значительной части мужского населения в период Первой мировой войны. Возраст участников экскурсий колебался от 6 до 70 лет; основным контингентом по профессиональной принадлежности были учащиеся и преподаватели различных учебных заведений, совершающие дальние образовательные экскурсии. В течение 1891-1912 гг. правление КГК-ККГК организовало проведение 40 коллективных ученических поездок, в т.ч. 24 мужских и 16 женских групп; большинство поездок были совершены в каникулярное время (июнь-июль). Активно путешествовали по Крыму представители творческой интеллигенции, ученые, государственные чиновники и предприниматели, интересующиеся туристическими поездками по южным губерниям Российской империи.

Организаторы путешествий в Крым, помимо осмотра достопримечательностей, пропагандировали активные физические нагрузки, в первую очередь, пешее перемещение по горной местности полуострова. Так, руководитель первых дальних экскурсий КГК в Крым Е.В. Князев планировал маршруты, в которые включалось восхождение на Чатырдаг, переход на Главную гряду Крымских гор с выходом к Ялте (через Ай-Петринскую яйлу) или к Гурзуфу (через Бабуган-яйлу).

Особенностью первого этапа рекреационного освоения горно-лесной зоны Крыма явилось развитие линейных форм организации туристско-рекреационной деятельности – туристско-экскурсионных маршрутов. Маршруты имели комбинированный характер: в программу включались пешие и конные переходы, посещение природных и культурно-исторических достопримечательностей (Рис.1, 2).

Рис. 1. Экскурсионная деятельность в Крыму в 1897-1912 гг.

Рис. 2. Объекты экскурсионного показа использовавшиеся в деятельности КГК

В качестве примера можно привести маршрут 2-й женской ученической экскурсии в Крым, организованной КГК в 1898 г. [12]:

- 1 день: Прибытие из Одессы на пароходе в Севастополь.
- 2 день: Севастополь. Осмотр музея и собора св. Владимира.
- 3 день: Осмотр Инкермана, после обеда – Братское кладбище.
- 4 день: Осмотр Херсонеса, после обеда – Малахов курган.
- 5 день: Поездка в Георгиевский монастырь, обед в Балаклаве.
- 6 день: Бахчисарай. После обеда – осмотр Ханского дворца.
- 7 день: Успенский монастырь, Чуфут-Кале, Иософатова долина.
- 8 день: Поездка в монастырь Козьмы и Дамиана.
- 9 день: Осмотр монастыря и прогулка по окрестностям.
- 10 день: Перевал через Бабуган-Яйлу в Гурзуф.
- 11 день: Прогулка к Аюдагу и в Партенит. Переезд в Ялту.
- 12 день: Осмотр Ливадии и Ореанды.
- 13-14 день: Возвращение Одессу на пароходе.

К 1998 г. сложилась система 1-7 дневных экипажных экскурсий (около 300 экскурсий в год), к которым в 1912-14 гг. добавились также и автомобильные экскурсионные поездки. Ареал их маршрутов ограничивался Южным берегом Крыма, поскольку длительные перемещения по Горному Крыму в условиях бездорожья могли быть совершены либо пешком, либо верхом (Рис. 3).

Рис. 3. Экипажные экскурсии Ялтинского отделения Крымского горного клуба, в 1917 г.

К 1903 г. верховые экскурсии утратили свою популярность и были упразднены по причине высокой стоимости аренды верховой лошади (2-3 рубля в сутки) и значительных накладных расходов на наем проводника (1 рубль в сутки); эти расходы пропорционально увеличивались в зависимости от уменьшения комплектации группы [9].

На протяжении конца XIX- начала XX вв. в Южнобережном и Горном Крыму формировалась специальная туристская инфраструктура. Новыми инфраструктурными объектами линейного типа стали горные туристские тропы, созданные по инициативе ЯО КГК-ККГК совместно с Обществом содействия благоустройству курорта Ялта.

Первая не только в Российской империи, но и в мире тропа – Штангеевская – была создана в 1898 г.; она имела длину 8 верст и проходила от водопада Учан-Су к восточному склону яйлы. Названная в честь известного врача и общественного деятеля Ф.Т. Штангеева, тропа имела пологий подъем и была доступна для людей с любой, даже слабой физической подготовкой [16]. В 1901-1902 гг. организуется Боткинская тропа (длина 4,6 км; проложена по левой стороне долины реки Учан-Су до скалы Ставри-Кая); позже прокладываются Дмитриевская тропа, Крестовая (ныне их направления не идентифицируются); Узенбашская вьючная тропа и Куркулетская тропа, ведущая от имения Раевского к вершине горы Аюдаг. Севастопольское отделение КГК-ККГК оборудовало для пешеходов горную тропу у Байдарских ворот. Особенностью функционирования горных троп было их благоустройство и информационное обеспечение (очистка от мусора, оборудование специальными знаками с указанием километража и направлений движения).

Инновацией ЯО КГК стала маркировка горных пешеходных маршрутов специальными знаками черного, синего, красного и белого цветов. В издании «Крым: Путеводитель» 1914 г. [9] приводится таблица маркировки 15 маршрутов, в большей части которых отправной точкой является Ялта. Принцип маркировки горно-пешеходных маршрутов в полной мере был реализован в советский период при создании в горно-лесном Крыму системы плановых всесоюзных, республиканских и местных маршрутов.

В течение всего периода работы Ялтинского отделения КГК число экскурсантов в экипажных экскурсиях преобладало над числом пешеходных туристов (например, в 1914 г. соотношение между ними составило 7880 к 318 [12]); число однодневных экскурсий преобладало над числом многодневных экскурсий. Основной причиной являлось отсутствие комфортабельных баз размещения. Туристы размещались в домах и кофейнях татарских деревень, в придорожных казармах (в казармах на Ай-Петри и в Кокозах (ныне – Соколиное) для туристов были выделены специальные бесплатные помещения); ученики могли располагаться в пустующих летом школьных помещениях.

Первый в стране горный туристский приют был открыт ЯО КГК в 1983 г. на нижнем плато Чатырдага между пещерами Суук-Коба и Бимбаш-Коба. Его ежегодно посещало несколько сотен туристов (к 1909 г. 862 чел.); за ночлег взималась умеренная плата (10 коп. с человека и бесплатно для членов клуба), а у сторожа-проводника можно было приобрести чай, сахар, галеты, самовар и свечи. Приют был рассчитан на 12 человек – 8 в мужском отделении и 4 – в женском [2;3]. Средства, собираемые с посетителей приюта, тратились на его текущий ремонт и жалованье сторожа, их было недостаточно для инфраструктурного оснащения арендованных ЯО КГК пещер Чатырдага. Интересно, что в книге жалоб и предложений этого приюта среди записей 1893 г. были пожелания о согревании пещер печами и очистке Тысячеголовой от остатков костей.

Первыми самодеятельными спелеотуристами в Крыму были ученые-путешественники, а также желающие разнообразить свой досуг зажиточные граждане. Уже в 1820 г. академик П. Кеппен опубликовал первое описание Туакской пещеры (Караби-яйла). Организованное посещение экскурсантами пещер Чатырдага (Суук-Коба – «Холодная пещера» и Бимбаш-Коба – «Тысячеголоовая пещера») начинается с 1983 г. после заключения ЯО КГК долгосрочного договора с сельской общиной Биюк-Янкой (Мраморное) об исключительном праве использования всех сталактитовых пещер Чатырдага. Однако пещеры остаются необорудованными вплоть до середины 80-х гг. XX века. За время их эксплуатации отмечались многочисленные случаи разграбления сталактитов и изменения микроклимата пещер под влиянием растущей экскурсионной нагрузки.

Анализ статистической отчетности КГК свидетельствует о наличии значительной пространственно-временной дифференциации в рекреационном освоении горно-лесной зоны Крыма в досоветский период (Таблица 1).

Таблица 1. Распределение числа экскурсантов по месяцам и маршрутам за экскурсионный период с 10 марта по 25 октября 1913 г.

Туристско-экскурсионная деятельность носила четко выраженный сезонный характер: сезон длился с марта по октябрь, а пик туристской активности приходился на июль-август. Наибольшую продолжительность имел экскурсионный сезон 1912 г. (252 дня; 645 экскурсий), однако если в августе было проведено 110 экскурсий, то в феврале – 25 [4]. К началу XX в. сформировались своеобразные ядра концентрации туристских функций – ареалы наибольшего числа посещений, возникшие под влиянием сопряженных факторов – наличия высокоаттрактивных природных и культурных объектов и лучшей транспортной доступности (район Ай-Петри, Алупки, окрестности Гурзуфа). Вместе с тем отдельные туристско-рекреационные ареалы были слабо интегрированы, отсутствовала единая система сквозных туристских маршрутов. На данном этапе активный туризм развивался исключительно благодаря инициативе общественных организаций, роль государства была минимальной.

Вывод: период конца XIX-начала XX вв. можно охарактеризовать как период экстенсивного роста туристско-рекреационных функций территории Крыма. Развитие активного и экскурсионного туризма в горно-лесной зоне полуострова носило вспомогательный характер по отношению к процессу формирования приморской курортной системы Южнобережного Крыма и явилось результатом усложнения рекреационного спроса населения и общественной инициативы.

Источники и литература

1. Багров М.В. Розвиток туризму в Криму в 70-90 рр. XX ст. (Соціально-економічні та ландшафтно-екологічні аспекти) / М.В. Багров, Л.О. Багрова, Є.А. Михайлов, П.Д. Підгородецький // З історії вітчизняного туризму. К., 1997. С. 127-142.
2. Вебер Ф. Домик Крымского горного клуба на Чатырдаге // ЗКГК. 1898. № 5-6. С.49-52.
3. Вебер Ф. Экскурсии Ялтинского отделения Крымского горного клуба в 1897 году / Ф. Вебер // ЗКГК. 1898. № 4. С.11-14.
4. Деятельность и денежный отчёт Ялтинского отделения Крымско-Кавказского горного клуба за 1912 год // ЗККГК. 1913. Вып. 2. С.45-55.
5. Долженко Г.П. История туризма в дореволюционной России и СССР / Г.П. Долженко. Ростов н/Д.: Изд-во Рост. ун-та, 1988. 190 с.
6. Душевский В.П. Крым – родина отечествоведения / В.П. Душевский // Культура Крыма на рубеже веков (XIX – XX вв.): материалы респ. науч. конф. Симферополь, 1993. С 93-95.
7. Мальгин А.В. Русская Ривьера: Курорты, туризм и отдых в Крыму в эпоху Империи. Конец XVIII – начало ХХ в. / А.В. Мальгин. Симферополь: Сонат, 2004. 325 с.
8. Инструкция для отделений Крымского горного клуба // ЗКГК. 1891. Вып. 1. С. 22-25.
9. Крым: путеводитель / под ред.: К.Ю. Бумбера, Л.С. Вагина, Н.Н. Клепинина, В.В. Соколова. Симферополь: Тип. Таврич. Губ. Земства, 1914. VII, 686 с.
10. Отчет деятельности правления Ялтинского отделения Крымско-Кавказского горного клуба за 1913 г. Ялта: Труд, 1914. 15 с.
11. Отчет о деятельности Ялтинского отделения Крымско-Кавказского горного клуба за 1909 г. // Записки Крымско-Кавказского горного клуба. 1910. Вып. 2. С.122-128.
12. Отчет о деятельности Ялтинского отделения Крымско-Кавказского горного клуба в 1914 г. Ялта: Труд, 1915. 43 с.
13. Отчет об экскурсионном сезоне Ялтинского отделения Крымского горного клуба за 1898 г. // ЗКГК. 1899. № 5-6. С.27-34.
14. Смирнов В.И. Отчёт о деятельности Крымско-Кавказского горного клуба за 25 лет своего существования (1890-1914 гг.) / В.И. Смирнов // Юбилейный сборник Крымско-кавказского горного клуба / под ред. М. А. Познанского. Одесса: Тип. Н. Лемберга, 1915. С.9-46.
15. Савчук В.С. Естественнонаучные общества Юга Российской империи: вторая половина XIX – начало ХХ в. / В.С. Савчук. Днепропетровск: Изд-во ДГУ, 1994. 232 с.
16. Штангеевская тропа // ЗКГК. 1900. № 5. С.18-19.